Стриминговый сервис Netflix выпустил «Острые козырьки: Бессмертный» — финальный аккорд одноименного сериала Стивена Найта, подводящий изящную черту под историей главного героя, добровольно ушедшего из политики и бандитизма в изгнание Томаса Шелби (Киллиан Мёрфи). Разбираемся, каким вышел полнометражный эпилог семейной саги о самой известной банде Бирмингема.
Пока мир охвачен огнем Второй мировой, Томми Шелби скрывается в личном поместье, где единственными соседями некогда одного из влиятельнейших людей Бирмингема (да и всей Англии) становятся призраки прошлого. На дворе 1940-й, родной город Томми подвергается ежедневным авиационным налетам, уносящим сотни жизней, а фашистская Германия с помощью хладнокровного коллаборациониста Джона Бекетта (Тим Рот) готовит экономический коллапс Великобритании с помощью миллионов поддельных фунтов стерлингов. Одну из ключевых ролей в осуществлении коварного плана Бекетт отводит внебрачному сыну Томаса — новому предводителю «Острых козырьков», агрессивному и беспринципному Дюку (Барри Кеоган). Словом, ситуация требует немедленного вмешательства легендарного мистера Шелби, который погряз в написании мемуаров и самобичевании. Но когда на пороге появляется сестра-близнец (Ребекка Фергюсон) погибшей возлюбленной Томми и проводит сеанс цыганской психотерапии, фирменная кепка сама просится на голову.
Киллиан Мерфи в роли Томаса Шелби на кадре из фильма «Острые козырьки: Бессмертный человек»
«Острые козырьки», стартовавшие в 2013 году, стали, пожалуй, главным проектом режиссера, сценариста и шоураннера Стивена Найта. Бирмингем, восстанавливающийся после Первой мировой, элегантные мужчины в плащах и широких кепках с вшитыми в козырек лезвиями и смесь семейной драмы и гангстерского триллера настолько полюбились публике, что сериал моментально снискал любовь аудитории. А Найта сделал специалистом, которого непременно зовут, когда нужно состряпать стильный исторический проект с большим развлекательным потенциалом («Большие надежды», «Тысяча ударов», «Дом Гиннессов»).
Обзор
Реальные «Острые козырьки»
24.10.2019 / Текст: Илья Миллер
Над «Бессмертным» Стивен Найт работал еще с 2023 года и изначально задумывал завершить историю Томми Шелби полнометражным фильмом. Сценарист ограничился письменной частью и продюсированием, а в качестве режиссера проекта пригласили британца Тома Харпера, набившего руку как на телевизионном материале (несколько эпизодов «Отбросов» и тех же «Козырьков»), так и на кинотеатральном (спорная «Женщина в черном 2: Ангел смерти» и обласканная критиками «Дикая Роза» с Джесси Бакли). Впрочем, фигура режиссера в случае с «Бессмертным» скорее номинальная — коллаборация Харпера и Найта по понятным причинам строго следует духу оригинального сериала как в визуальном, так и в нарративном смысле.
Киллиан Мерфи в роли Томаса Шелби на кадре из фильма «Острые козырьки: Бессмертный человек»
Удалось ли с достоинством завершить долгоиграющую сагу Шелби? И да, и нет. Томми в фильме поддается унынию и усталости, ведет себя как шаблонный «герой, отошедший от дел» и едва ли не говорит «я не слышал это имя очень давно». Харизмы Мерфи, впрочем, с лихвой хватает, чтобы сгладить почти все сценарные шероховатости и возродить персонажа в былом величии уже к середине второго акта. А вот чего недостает, так это ярких второстепенных героев, которыми славился оригинальный сериал. Дюк Шелби выглядит как типичный недолюбленный ребенок, обозлившийся на весь мир, и верить в его искренность решительно не выходит. А Тим Рот в качестве формального антагониста получил предательски мало экранного времени, за которое раскрыться совсем не успевает, хоть и отдаленно демонстрирует бурлящую смесь тихой угрозы Ганса Ланды и осязаемой бесчеловечности Амона Гёта.
Ребекка Фергюсон на кадре из фильма «Острые козырьки: Бессмертный человек»
Сюжетно «Бессмертный» пытается одновременно работать и как элегия, и как демонтаж мифа. С одной стороны, это гангстерская сага, доведенная до уровня античной трагедии, с обязательной проблемой отцов и детей и воздаянием за грехи прошлого. С другой — Найт низводит величественную фигуру Томаса Шелби до вместилища столь любимой сценаристами последних лет мужской депрессии и шаблонного героизма. И по сумме всех вводных «Бессмертный» превращается скорее не в логичное продолжение оригинала, а в безусловно авторский, но комментарий к уже написанному тексту. Оттого неизбежный финал, который обязательно разделит фанатов «Козырьков» на два лагеря, пусть и чувствуется точкой, но как-то неосновательной.
«Острые козырьки» всегда были сериалом, где ведущую роль играли опасность, харизма и ощущение того, что Томми Шелби на шаг впереди всех. «Бессмертный» же уводит главного героя даже не в конец очереди, а куда-то в сторону от его собственной легенды. Финал у Стивена Найта вышел однозначно красивый, алгоритмически выверенный, местами даже захватывающий, но уже совсем не опасный. Примут ли такое завершение истории поклонники твидовых плащей и острых козырьков — вопрос открытый.
